Охотничьи секреты туркменских мергенов

20 января 2018 - Администратор
article6890.jpg

Среди традиционных занятий туркмен охотничий промысел был распространён повсеместно. Богатые дичью просторы туркменской земли предоставляли широкие возможности для охоты на водоплавующую птицу, зайцев, косуль, лисиц, волков, на крупных хищников. Документы исторического архива Центрального государственного архива Туркменистана, в частности «Обзоры Закаспийской области» за 1882-1917 годы содержат немало интересных сведений об особенностях национальной охоты – этого истинно мужского занятия. 

 
Старожилы рассказывают, что крупные хищники, такие как тигр, барс, гепард и горный медведь веками обитали в одних и тех же горных, труднопроходимых ущельях Копет-Дага, а также в густых зарослях рек Сумбара, Атрека и Теджена. Кстати сказать, на них редко велась специальная охота, в основном, в тех случаях, когда хищники нападали на домашних животных, или служили источником опасности для чабанов и сельских жителей. С образованием в конце 19-начале 20 века городов и поселений вблизи гор, звери стали уходить дальше, в дикие горные массивы. Вырубка лесов для нужд железной дороги погнала многих хищников ещё дальше – в горные дебри Северного Хоросана. Однако зверья было так много, что большая часть его по-прежнему оставалась на территории Туркменистана. 
 
Между тем, если на жителей Хоросана сами слова «тигр» и «барс» наводили ужас (что позволяло хищникам безнаказанно губить домашний скот), то от туркменского охотника зверю было трудно уйти: он либо получал пулю, либо попадался в крепкий капкан. В своих записках исследователи Закаспийской области отмечали, что «по умению ставить капкан европейскому охотнику не догнать туркмена». 
 
Охотники-туркмены обладали абсолютным зрением; они могли увидеть зверя на большом расстоянии, различить на любом природном фоне. Зная горные тропы как свои пять пальцев, мергены никогда не шли на зверя лоб в лоб, а подкрадывались к нему на такую максимально близкую дистанцию, что единственная выпущенная пуля оказывалась верной. 
 
В стрельбе туркменские охотники практиковались с малых лет под наблюдением старых мергенов. Юноша считался сдавшим экзамен, если он мог с одного выстрела сбить качающуюся на ветру тростинку. Охотничье вооружение туркмена состояло из ружья с изогнутым прикладом, к ствольной части которого прикреплялась сошка – подставка для удобства стрельбы. При всей видимой неказистости, туркменское ружьё обладало неплохими стрелковыми характеристиками и убойная дальность пули сосотавляла до 300 шагов. 
 
Камуфляжная расцветка одежды охотника была серо-жёлто-бурых тонов и подбиралась с таким расчётом, чтобы сделать его как можно менее заметным на фоне окружающего ландшафта, скрыть от острого глаза зверя. Из еды он брал с собой лишь лепёшку, а то и просто горсть муки, из которой легко можно испечь хлеб в золе костра на привале. Охотники никогда не брали с собой воду, зная места, где может встретиться родник или каменная впадина – копилка дождевой воды. Опытный охотник в походе вообще не пил воду, лишь ополаскивая ею рот. 
 
Говоря об охоте с огнестрельным оружием, нужно отметить, что ружья в конце 19 века стоили достаточно дорого, имелись не у каждого охотника, поэтому многие успешно использовали старый как мир, но проверенный способ – капканы. В Мервском уезде, как отмечалось в «Обзорах Закаспийской области», каждую зиму несколько сотен охотников устраивали охоту с капканами на лис, волков, корсаков. Охотники побогаче держали для этой цели борзых собак, которыми они очень дорожили и берегли не меньше, чем коней. 
 
Охотничий промысел жителей Каспийского побережья состоял в основном из добычи водоплавающей птицы. Пернатых ловили сетями, силками и просто руками. Вот один из оригинальных способов ловли уток, описанный в «Обзорах Закаспийской области». С большого арбуза срезалась треть части, внутренность полностью удаляли и в получившемся полом шаре проделывали прорези для глаз. Совершенно раздетый охотник надевал этот шлем на голову и плавно входил в воды залива – на поверхности виден был лишь плывущий арбуз. Определив через прорези место нахождения уток, человек-арбуз медленно приближался к ним и ждал, когда птица подплывёт поближе. Как только это происходило, охотник хватал любопытную утку за лапы и погружал её в воду, причём так молниеносно, что она и крякнуть не успевала. Мастерство ловцов было отточено до такого совершенства, что арбузный шлем на воде даже не шевелился. Ловкий охотник за один заход добывал до пяти-семи уток. 
 
Находчивый, неустрашимый, удачливый охотник пользовался большим уважением у туркменского народа. О них ходили легенды. Слава настоящего охотника не умирала даже с его кончиной. Могилу, отмеченную шестом с рогами диких животных, посещали не только родные, но и жители окрестных сёл, отдавая таким образом дань уважения славному мергену.
 
Владимир ЗАРЕМБО

← Назад