Чтение было почти нашим образом жизни

  
Сообщений: 36
C Алиной (сестрой, старше меня на 4 года) мы существовали довольно дружно за исключением некоторых моментов. Так вот эти моменты  - это борьба за первочтение очередной принесенной отцом книги. Особенно, если это был долгожданный том библиотеки при-ключений или сочинений Жюль Верна. Тут уж было настоящее сражение. Мы (девочки!) валтузили друг друга, стараясь перехватить желанную добычу. Отец по-смеивался над нами, но и сам почти немедленно приступал к чтению очередной новин-ки, пополнившей его библиотеку.
Читали мы много. Самые любимые книги -  перечитывали.  Я очень любила «Девочку из города» Воронковой. На всю жизнь впечатлила сцена купания девочки-беженки в печке, которая топилась по-черному. Читая другую книгу, очень переживала за белого кота, которого мальчик сдал в ломбард в залог. А вот названия книги не помню. Кажет-ся, это даже была какая-то классика. Сильное впечатление оставил «Слепой музыкант» Короленко. Кстати, недавно на даче перечитала эту книгу и была поражена и восхищена передачей писателем ощущений слепого ребенка от буйствующей природы в весеннюю пору.  
Ну, и конечно «Хижина дяди Тома». Это про нас писал Сергей Михалков в стихотво-рении, описывающем реакцию детской аудитории на спектакль по этой книге, а именно – на сцену с продажей рабов:

Кто купит негра? Кто богат?-
Плантатор набивает цену.
И гневно зрители глядят
Из темноты на эту сцену.
"Кто больше?.. Раз!.. Кто больше?.. Два!.."
И вдруг из зрительного зала,
Шепча какие-то слова,
На сцену девочка вбежала.
Все расступились перед ней.
Чуть не упал торгаш со стула,
Когда девчушка пять рублей
Ему, волнуясь, протянула.
Она молчала и ждала,
И это та была минута,
Когда в порыве против Зла
Добро сильнее, чем валюта!
И воцарилась тишина,
Согретая дыханьем зала,
И вся Советская страна
За этой девочкой стояла...

Было столько эмоций, связанных с этой книгой, что ничего бы не изменило знание того, что появившаяся в Америке в 1851–1852 годах и в первый же год разошедшаяся небывалым тиражом (более 300 тысяч экземпляров), эта книга стала мощным оружием в борьбе против рабства. Не случайно президент США Авраам Линкольн назвал автора  - писательницу Бичер-Стоу - «маленькой женщиной, начавшей большую войну». Имеется в ввиду война Севера с Югом  в  Америке.
Книга «Хижина дяди Тома» была 59 раз издана в СССР. В годы холодной войны книга была убедительным аргументом для защиты от обвинения со стороны Америки в отсут-ствии в СССР демократии. В том смысле, что  «вы нас обвиняете, а сами как к неграм от-носитесь?!».
В самой Америке книга в каждое время вызвала как негативные, так и положитель-ные отзывы. К концу же ХХ века требования так называемой политкорректности, актив-ным образом утверждавшейся при президентстве Клинтона, и вовсе исключили «Хижи-ну дяди Тома» из круга чтения. Был осужден текст, где фигурируют «негры» (теперь надо говорить «афроамериканцы»), рассуждения о биологической и интеллектуальной не-полноценности черной расы (пусть они высказаны отнюдь не положительным персо-нажем), упоминания о необходимости религиозной веры как единственной основы че-ловеческой гуманности (идеология во времена Клинтона имела ярко выраженный ан-тирелигиозный характер). Впрочем, эти упоминания в СССР были вычеркнуты сразу, при первом же издании. Оказывается, мы читали книгу в сокращенном варианте. Стра-на атеистов выкинула из книги страницы, подающего поведение главного героя с еван-гелических позиций.

*  *  *

В зрелом возрасте книга всплыла в памяти в связи с показом голливудского фильма «Унесенные ветром», поставленного по одноименному роману*. Есть версия, что этот роман явился реакцией на «Хижину дяди Тома». Южане хотели развенчать «миф» о при-теснении рабов на плантациях. Роман интересен как изображение южанином событий, до тех пор известных преимущественно в интерпретации северян. Писатель Томас Вульф отмечал отсутствие чувства поражения у южан: «Они нас не побили. <> Мы их би-ли, пока не истощили всех своих сил. Нас не побили. Мы потерпели поражение».
* В русском переводе роман, написанный в 1936 году, был издан только в 1986. Хотя перевод был подготовлен Т. Кудрявцевой 18-ю годами раньше.
Этот фильм сначала демонстрировался в видеосалонах, которые как грибы появи-лись в 80-х годах. Про них пела группа «Лесоповал»:

А в салоне видео фильмы заграничные,
Фильмы на любителя, т.е. неприличные,
Раньше были подвиги в моде беспримерные,
А теперь заместо них сиськи безразмерные.

Впрочем, «Унесенные ветром» стали исключением. Фильм пользовался необыкно-венным успехом. Из воспоминаний  одного пользователя Интернета: «В финале все женщины в зале в едином порыве рыдали».
Я видела фильм не в видеосалоне, а уже в кинотеатре. Кажется, в зале Стереокино на Кронверкском (тогда М. Горького) проспекте. Нелегальная демонстрация этой ленты в видеосалонах  была случайно обнаружена одним из членов американской организации, занимающейся продажей фильмов в СССР. Большой скандал закончился наложением на два года эмбарго на импорт американских фильмов. А видеосалоны через какое-то время исчезли, не выдержав налогового бремени.
Когда фильм законно стал демонстрироваться в кинотеатрах, попасть на него было очень трудно из-за небольшого количества копий. Фильм демонстрировался в цветном варианте, хотя был снят в годы, когда еще не существовал в кино цвет. Но при его про-изводстве использовалась особая и очень дорогая система «Текниколор»* (помните, я писала про фотографии Прокудина-Горского? Так вот здесь – сходная технология).
* Художнику Уильяму Кэмерону Мензиесу была присвоена почётная медаль «Оскар»за исполь-зование цвета.

*  *  *

Мы увлекались  научной фантастикой, особенно книгами Беляева – «Голова профес-сора Доуэля», «Продавец воздуха», «Человек-амфибия». Я, не долго думая, в эту же «кор-зину» сложила и произведшего большое впечатление «Властелина молний». Только по-том разобралась, что есть два писателя – А. Беляев и С. Беляев. Я как-то рассказывала друзьям уже в студенческие годы, что в детстве бежала за голубым шариком – шаровой молнией. Потом перестала рассказывать – не очень верили, да я и сама засомневалось, было ли это. Но вот недавно прочитала в Интернете воспоминания одного ашхабадца, как  он видел шаровую молнию. Причем поразительно – в том же самом месте, что и я – около знаменитой ашхабадской купалки (так называли городской бассейн)!
Когда в 1962 году вышел фильм «Человек-амфибия», конечно же, сразу его посмот-рела. Некоторые кадры, в которых показан сад около лаборатории Сальватора, меня навели на воспоминания: где-то я видела подобное – очень густая зелень, не совсем свойственная ашхабадскому ландшафту, и дорожки, выложенные изразцами. Где я ви-дела похожее в детстве? Скорее всего, мне запомнилась территория около бхаитской мечети…
Мы взахлеб поглощали научно-фантастические  книги Обручева: «Земля Санникова», «Плутония». Был у нас и его научный труд «По горам и пустыням Средней Азии». К сожа-лению, эта книга, а также целая подборка подобных книг, авторами которых были са-мые известные морские и сухопутные путешественники,  сгорели вместе с нашей пер-вой дачей.*
Мы взрослели, взрослели наши интересы.  Джек Лондон… сначала его рассказы. То-ма полного собрания сочинений зачитаны до истрепанности обложки. Но вот – откры-тие! «Маленькая хозяйка большого дома». Читается втихомолку, без обсуждения, чтобы не показать слез. Любовь …Так страшно разрешившийся (а разве разрешился?) клубок чувств. Родители видят наше увлечение и приобретают второй экземпляр собрания со-чинений Джека Лондона, чтобы мы с Алиной, разъединившись во взрослой жизни, мог-ли читать и передать любовь к этому чтению каждая своим детям. *
* Мой сын Миша рассказами Джека Лондона увлекался.  А «Маленькую хозяйку» не одолел. Сама я перечитала книгу с огромным интересом через много лет, но теперь уже интерес был вызван описаниями хозяйства  Дика Форрестера, его способами ведения Большого дома, талантом на-ходить нужных людей для этого.  

В отцовской библиотеке нашли в не совсем положенном месте (среди книг по исто-рии, политике, марксизму) книгу «Молль Флендерс» . И получилось, что этот роман Да-ниэля Дефо прочитали раньше, чем «Робинзона Крузо». Вообще-то, роман показался скучным. Прочитали до конца только потому, что запретный плод, как известно, …  

*  *  *

Непрочитанные книги умеют мстить.
Рэй Бредбери

Можно бесконечно писать про прочитанные книги и еще больше – про непрочитан-ные в те годы. Конечно, нам был совершенно не известен Платонов. И только в зрелом возрасте я прочитала однотонно красивую, как туркменская песня, повесть «Такыр» о персидской девочке, похищенной туркменскими аламанами (разбойниками) из племе-ни теке.* Произойди это (прочтение повести) раньше, может, и возникли бы у нас, доче-рей, вопросы о прошлом ашхабадской земли. А отцу было, что рассказать. В 1946 году вышла книга «Россия и Туркмения в XIX в.  К вхождению Туркмении в состав России». Эта книга написана в том числе и моим отцом, в соавторстве с проф. А. Г. Соловьевым и Г. И. Карповым. Там, основываясь на только что открытых архивных материалах, освеща-лась одна из главных тем – борьба за ахалтекинский оазис, места, где живут и действуют герои повести Платонова. Ашхабад (тогда аул Асх-абад)  - главное поселение этого оази-са.
* Когда посмотрела фильм «Край» (режиссер Учитель) долго мучилась вспоминанием: где-то уже было это - одинокий человек живет и выживает на чужбине, изредка появляясь перед людьми. Наконец, вспомнила! Это же бежавший из плена Первой мировой австриец Катигроб из плато-новского «Такыра». А в «Крае» - это немка по имени Эльза (очень впечатляет игра Аньорки Штрехель!), попавшая в Сибирь с группой специалистов и случайно оставшаяся там, обреченная на выживание в тайге в полном одиночестве.
Не могли мы с Алиной прочитать тогда и еще одну повесть, посвященную нашему родному краю Туркмении. Я говорю о «Клоудисе Бомбарнаке» Жюль Верна. Хотя 12-ти томное собрание сочинений было нами прочитано от корки до корки, не встретились нам тогда эти записки репортера.*
* Это произведение помещалось не каждым издателем в очередное издание полного собрания сочинений Жюль Верна.  И зависело это не от количества томов. Например, в первое в России собрание сочинений Жюль Верна  (вышло в 1898 году) М.О. Вольф в восьми томный сборник «Бомбарнака» не поместил. В 1904-1907 году Сойкин выпустил 88-ми томное собрание сочи-нений Жюль Верна и там в  LVIII томе  «Клавдий Бомбарнак» присутствует. В 1917 году Сытин нашел место (во 2-м томе) для этого произведения, хотя томов было всего шесть. Следующее издание полного собрания сочинений Жюль Верна состоялось в 1928-1930 г.г. (Гослитиздат). «Бомбарнак» есть – в IX томе (всего 24). А вот в 1954-1956 г.г. 12-ти томное собрание сочине-ний осталось без него. Таковы дела издательские…
Но, наверное, теперь уж надо рассказать о самом романе. «Клодиус Бомбарнак», впервые опубликованный в конце 1892 года, появился в связи с подвигом русских во-енных инженеров, проложивших участки Закаспийской железной дороги. Да, да! Имен-но – подвигом. Строители в России впервые (!) доказали возможность прокладки рель-совых дорог в безводных песчаных пустынях и последующей защиты железнодорожно-го полотна от заносов и повреждений. Писатель-фантаст  был восхищен этим событием. Внук писателя Жан Жюль-Верн (внук в своей фамилии объединил имя и фамилию зна-менитого деда) отмечает также, что роман содержит поразительные документальные сведения о строительстве и о местности, даже сравнивает его по обширности сведений со знаменитым путеводителем «Голубой гид».*
*  Судите сами. Вот небольшой отрывок из романа:
«В Каракумах образуются удивительно подвижные песчаные дюны, то разметаемые, то наносимые сильными ветрами. Эти «барханы», как их называют русские, достигают в высо-ту от десяти до тридцати метров и становятся добычей ужасных северных ураганов, ко-торые с огромной силой отбрасывают их к югу, что создает серьезную опасность для Закас-пийской железной дороги. Поэтому нужно было принять решительные меры против песча-ных заносов. Генерал Анненков попал бы в очень трудное положение, если бы предусмотри-тельная природа, создавшая удобную для проведения железной дороги почву, не позаботилась одновременно и о средстве, позволяющем остановить перемещение барханов.
На склонах этих дюн растут колючие кустарники — тамариск, звездчатый чертополох и особенно тот самый «Haloxylon ammodendron», которые русские менее научно называют «сак-саулом». Его длинные и сильные корни способны скреплять почву так же, как и корни «Hippophac-rhamnoi des», кустового растения из семейства элеагновых, которое используется для задержки песков в Северной Европе.
К этим насаждениям саксаула инженеры, проводившие линию, добавили в разных местах укрепления из утрамбованной глины, а наиболее угрожаемые участки обнесли прочной изго-родью
».
Твердая как кость, очень тяжелая древесина саксаула, прежде всего, является отличным топ-ливом. Мы и сами топили саксаулом печку во время войны и после. Об использовании его для закрепления песков узнала позже.

* * *

Вернусь к  нашему  книжному непрочтению. Не читали мы «12 стульев» и «Золотого теленка» Ильфа и Петрова, не было в библиотеке отца этих книг. Сейчас-то я предпола-гаю, почему это произошло.
Эти книги, выдержавшие, начиная с 1928-1930 года несколько изданий в стране и за рубежом, признанные классикой советской сатиры, специальным постановлением Сек-ретариата Союза советских писателей в  1948 году были признаны, «клеветой на совет-ское общество», а их публикация «грубой политической ошибкой». Генеральный секре-тарь Союза советских писателей (ССП) А.А. Фадеев направил Сталину и Маленкову это постановление, где описывались причины выхода «вредной книги» и меры, принятые Секретариатом ССП. Предъявить обвинения авторам было невозможно – обоих к тому времени не было в живых. Целью постановления было обезопасить себя -  руководство секретариата ССП. Все эта история огласки не получила, спец. постановлению был при-дан гриф «секретно». Но моему отцу, работающему в тот год зав. сектором пропаганды ЦК КП Туркмении, конечно, оно было известно. В те годы Наркомпросы всех республик занимались исключительно вопросами образования. Идеология, а, значит, круг чтения – это были вопросы сугубо партийные. Романы Ильфа и Петрова были осуждены как содержащие почти откровенную издевку над пропагандистскими установками, газет-ными лозунгами, суждениями основоположников марксизма-ленинизма.
Запрет на переиздание романов действовал до 1956 года. В годы хрущевской отте-пели вспоминать об этом осуждении было не принято, эти книги снова стали «лучшими образцами советской сатиры». Но поскольку они явно не соответствовали советским идеологическим установкам, то издавались они с предисловиями типа «победа светлого и разумного мира социализма над уродливым и дряхлым миром капитализма». Во вся-ком случае, эти книги так и не появились у нас дома. Хотя уже в 1957 году книга с обои-ми романами была издана в Ашхабаде Туркменским государственным издательством. А когда, во время отпуска в 1974 году я была в Ашхабаде и по телевизору демонстриро-вался фильм «Ехали в трамвае Ильф и Петров», отец к просмотру не присоединился – я бы даже сказала - демонстративно.
Как-то случайно мы с Володей заночевали на даче у Саши Ч. Оказалось, что он учил-ся в институте в одной группе с моей сестрой Алиной. Он рассказал случай, который по-разил всех его одногруппников. На этой же даче они как-то собрались вместе в связи с лыжной прогулкой. Вечером Алина, обнаружив на полке книгу «Золотой теленок», про-читала ее не отрываясь. Но ни разу при этом не только что не засмеялась, но даже и не улыбнулась.
Казалось бы, вот и вся история про две книги.  Ан, нет… В 2012 году на телевизион-ном канале «Культура» ведущий и автор передачи Иван Толстой сделал сенсационное заявление: создание этих явно антисоветских книг было инициировано …чекистами. Зачем? Чтобы заменить этими романами книгу В. Шульгина, «проваленную» перебеж-чиком на Запад, агентом НКВД, некто Э.О. Опперпутом-Стауницем*. Провалил – т.е. громко заявил, что сильно подействовавшая на умы и души эмигрантов  книга («Три столицы»)  Василия Шульгина – очень значительной  фигуры в белоэмигрантских кругах – про обновленную Россию на самом деле написана по заказу и под контролем НКВД-шников. Шульгин попался, как сейчас говорят, «на подставу» - поверил в существование антисоветской монархической организации «Трест». Под контролем трестовцев (на са-мом деле НКВД-шников) он посетил страну Советов и затем написал свою книгу о новой России, про то, что НЭП способен победить Советы без насильственной контрреволю-ции.
* Агент ОГПУ Эдуард Оттович Опперпут-Стауниц. Стал работать на белогвардейцев во Франции. В 1927 года вместе с несколькими сподвижниками перешел советско-финскую границу, намереваясь взорвать дома в Москве, где жили сотрудники госбезопасности. Взрывы были предотвращены, а Опперпут убит в перестрелке.

Разоблачение истории создания книги Щульгина поставило крест не только на Шульгине как политической фигуре, но нанесло удар и по репутации советской России. Для спасения ситуации нужна была книга, рассчитанная на зарубежного читателя, вы-смеивающая русскую эмиграцию с ее надеждами на скорую и бескровную погибель большевиков. И заодно окончательно «подмочить» репутацию Шульгина -  его должны были узнать в бывшем члене Государственной Думы Ипполите Матвеевиче Воробьяни-нове.
Так что совсем не по недосмотру цензуры как нам думалось, когда мы читали эти книги, появились они. Все оказалось гораздо сложнее. И сейчас я просто убеждена, что отец чувствовал какую-то интригу, догадывался о мистификациях, связанных с книгами. Иначе, почему обладавший чутьем на хорошую литературу и отменным чувством юмо-ра отец так подозрительно отнесся к романам Ильфа и Петрова?! Возможно, в свои со-мнения он посвятил и Алину. Так что на даче у однокурсника, она, скорее, не наслажда-лась читаемым, а анализировала и делала умозаключения.
Редактировалось: 1 раз (Последний: 29 марта 2013 в 08:46)
ГрамотаМедаль
Сообщений: 1073
Очень интересно, вызвало ностальгию по детству. У нас было собрание сочинений Жюль Верна, Джека Лондона и даже Майн Рида - необычайно толстые зеленые тома.
Грамота
Сообщений: 518
Maslovez:
Так что совсем не по недосмотру цензуры как нам думалось, когда мы читали эти книги, появились они. Все оказалось гораздо сложнее. И сейчас я просто убеждена, что отец чувствовал какую-то интригу, догадывался о мистификациях, связанных с книгами. Иначе, почему обладавший чутьем на хорошую литературу и отменным чувством юмо-ра отец так подозрительно отнесся к романам Ильфа и Петрова?! Возможно, в свои со-мнения он посвятил и Алину. Так что на даче у однокурсника, она, скорее, не наслажда-лась читаемым, а анализировала и делала умозаключения.
- не было никакой мистификации. Я читал нудный разбор истории создания "12 стульев", вкратце - книга антитроцкистская, была опубликована в 28-м году в разгар борьбы с троцкистами, поэтому была, что говорится, раскручена. Еще, кажется, автор того разбора делал вывод, что Ильф и Петров чуть ли не конъюктурщики были, держали нос по ветру (сильно я в этом сомневаюсь, думаю, что у людей были свои убеждения, а что с того, что они совпадали с официальными взглядами).
Я "12 стульев" лет в 9 первый раз прочитал, "Теленка" позже, лет в 14-15. До сих пор перечитываю, до сих пор очень нравится. "Одноэтажная Америка" тоже отличная книга получилась.
Редактировалось: 2 раз (Последний: 29 марта 2013 в 12:08)
ГрамотаМедаль
Сообщений: 5127
У меня чтение точно всегда было образом жизни. Я научилась читать в 3 года, а в библиотеку меня записали в 7 лет. Походы к книжным полкам были самым радостным моментом моего детства  smile
В начало страницы 
|
Перейти на форум:
Быстрый ответ
Чтобы писать на форуме, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.

← Назад