Ашхабад во время Великой отечественной войны

  
Сообщений: 36
В армию отца, несмотря на его в недалеком прошлом 8-ми летнюю военную службу и законченные командирские курсы, не взяли. В отношении него оставались еще подозрения  соответствующих служб:  а вдруг и в правду -  шпион?!  Было надежнее оставить в тылу под присмотром, тем более, что работа отца  при Горкоме предполагала бронь.
Ашхабад по своему географическому расположению находился в глубоком тылу. Речь Молотова здесь прозвучала по радио в соответствии с временным сдвигом  в 2 часа дня. До этого передавали в эфир марши и патриотические песни. Началась мобилизация, и город остался практически без полноценных трудовых ресурсов. Везде работали пожилые, не подлежащие призыву мужчины, женщины и подростки. Кадровый голод проявился не только в промышленности, но и в учреждениях образования. Некоторые школы оказались под угрозой срыва занятий, несмотря на то, что оставшиеся в городе учителя взяли на себя во много раз превышающую норму нагрузку. ЦК КП(б) и ЦК ЛКСМ Туркмении обратились к комсомольцам — выпускникам семилетних и средних школ с призывом пойти на учительскую работу. Срочно организовали учительские курсы. Мама передавала свой опыт  будущим учителям начальных классов, приходящим к ней на практику. И мама, и отец имеют награды за труд во время войны.
*   *   *
После начала Великой Отечественной войны в Ашхабад эвакуируют различные организации из других городов Советского Союза.  Много учебных, например, Московский университет, Институт механизации сельского хозяйства (сейчас Таврическая Агротехническая академия), Белоцерковский сельхозинститут, Харьковский гидрометеорологический институт (здесь заведующим кафедрой физики в эти годы и ответственным за эвакуацию был Яков Михайлович Фогель - видный ученый ХХ столетия в области физики электронных и атомных столкновений, физической электроники), Харьковское военно-медицинское училище, Военно-юридическую академию РККА. Этой академией в Ашхабаде в 1942 году была издана монография «для служебного пользования», в которой были представлены все виды членовредительства и, главное, способы их распознавания. Монография была  актуальна в связи со многими случаями уклонения от призыва на фронт. Оказывается, даже лютик - распространенный сорняк, раноцветущий желтыми цветами – не такой уж «невинный». Подкладывая его под повязку, вызывали сильные ожоги.
В Ашхабаде до войны работал стекольный завод, выпускающий оконное стекло. Теперь на его базе разместился еще и Киевский стекольно-термосный завод.
Некоторые предприятия, возвращаясь из эвакуации в родные места,  оставляли свое оборудование в Ашхабаде. Например, предприятие «Донодежда» из Ростова на Дону. Учась в 9-м классе, мы, школьники, проходили серьезную практику на швейном предприятии «Трудовое объединение» на оборудовании, привезенным в войну из Ростова. У меня хранятся вырезки из газет «Туркменская искра» и «Комсомолец Туркменистана», где отмечаются наши трудовые доблести. Например, под заголовком «Школьницы – мастера производств»:
"Тринадцать девятиклассниц школы №6  г. Ашхабада недавно сдали производственный экзамен на фабрике «Трудовое объединение» и получили звание мастера швеи-мотористки. Среди них отличники:  В. Масловец, И. Сипидина, И. Головкова, Л. Кондратцева, Г. Цой. Целый год школьницы аккуратно приходили в цех, где их занятиями руководила опытный специалист тов.Удовиченко. Теперь девочки самостоятельно могут шить многие вещи.
После школы мы ждем их к себе на производство".
     К. Письменная,
                         нач.  планово-экономического отдела
фабрики «Трудовое объединение»
* * *
Кто-то оставлял свое оборудование, уезжая из мест эвакуации, а профессор, академик А. Колмогоров, возглавлявший факультет математики в МГУ, предложил оставить навсегда в Ашхабаде эвакуированных туда преподавателей и сотрудников факультета, чтобы они создали новый научный центр. Сам Колмогоров собирался воссоздать в Москве факультет из новых сотрудников, оттуда же руководить ашхабадским центром и приезжать сюда каждый год на два месяца. Математики встретили это предложение бурным протестом. Они мечтали, как и все эвакуированные, о возвращении домой. Понять их нетрудно, но какой возможности лишились  выпускники школ Туркмении – учиться у знаменитых московских преподавателей!
На предприятиях Ашхабада в военные годы стали выпускать военную продукцию: ручные гранаты, минометы - лопатки (гибрид малой пехотной лопаты и малокалиберного миномета), стабилизаторы для мин, взрыватели для авиабомб. Минуя вокзал, проходили воинские составы, прибывали эшелоны  с ранеными. Министр здравоохранения Туркмении В. Д. Тимаков занимается организацией сети госпиталей, санаториев для лечения раненых бойцов и обеспечением благополучной санитарно-эпидемической обстановки (например, строительством бань), что важно в связи с  большим потоком эвакуированных.  
В Ашхабаде из-за недостатка средств строили мало, поэтому с жильем для приехавших были проблемы. Академик А. Сахаров, бывший в те годы студентом и попавший в Ашхабад в результате эвакуации Московского университета, пишет в  своих воспоминаниях: «Жили же мы в центре города – сначала в помещении школы, потом в общежитии, в одноэтажных домиках с плоской, покрытой глиной крышей. Ходить на занятия  (занятия проходили в пригороде города Кеши – мое примечание) часто приходилось пешком – с транспортом было плохо».  Из воспоминаний сотрудника Университета Д. Иванова: «К началу зимы несколькими эшелонами сотрудники и студенты МГУ, а также некоторое научное оборудование и учебные пособия были эвакуированы в столицу Туркмении. Несколько сот человек добирались до Ашхабада пешком. Всего в Туркмению переехали более 1 000 человек, из которых почти 500 являлись студентами. В декабре 1941 года в эвакуированном вузе начались занятия. Жизнь в Ашхабаде была не из легких. Столичных гостей поселили в общежитиях, школах, клубах — по 7—8 человек проживали в одной маленькой комнатке. Здесь же первое время читали лекции, проводили семинарские занятия. Затем университету предоставили недостроенное здание ашхабадского пединститута. Не хватало воды, электроэнергии, постельного белья».
Трудности с бытовым устройством, а также отсутствие необходимого оборудования, учебных пособий, научной литературы (в Ашхабад была привезена только часть библиотеки МГУ – 80 тыс. томов) привели к тому, что после весенней сессии университет был переведен в Свердловск. Сессия была весенней только по названию. На самом деле в Ашхабаде в это время уже жарко. Экзамены принимались преподавателями в саду, у бассейна, куда к вечеру подавалось немного воды. Университет, эвакуированный в Ашхабад, находился в крайне стесненном положении, что не могло не сказаться на качестве учебного процесса. <>В августе 1942 года университет закончил переезд в Свердловск, разместившись на базе Уральского индустриального института
» (Д. Иванов).
Конечно, одной из причин переезда был голод. «Но главное – мы жили голодно. Я, в силу своих конституционных и психологических особенностей, переносил это еще сравнительно легко, но многим было очень плохо и трудно» (А. Сахаров). В общепитовских столовых готовили блюда из черепах. Сын А.Н. Леонтьева – зав. кафедрой психологии МГУ -  опубликовал в Интернете фотографию, на которой изображен коллективный выезд преподавателей МГУ в пустыню, с комментарием: «они отлавливали – больше для еды, чем для науки – крупных каракумских черепах, составлявших значительную часть нашего меню в эти месяцы».  Римма рассказывала, что у нас дома черепах ели редко. Отец соорудил клетки и завел кроликов. Их, конечно, несколькими годами позже, довелось есть и мне. С тех пор кроличье мясо, несмотря на его деликатесность сейчас, я не ем. На всю жизнь мои родные во время войны наелись батата. (Его еще называют сладким картофелем. Но в отличие от картофеля съедобная часть – это не клубни, а корни.)  В Средней Азии, особенно в Туркмении, батат давал очень высокие урожаи. Кроме того, он калорийнее картофеля в полтора раза. Сейчас батат как культура ликвидирован. Объясняют это тем, что его недостаточно пропагандировали и не умели правильно готовить. А я думаю, что причина у всех одна – наелись в те трудные времена. Кроме батата ели кашу из маша - зерен бобового растения. Сейчас маш можно встретить в продаже только в супермаркетах с большим выбором продуктов. А тогда в Ашхабаде это была самая доступная еда. Конечно, наша семья не голодала, но и сытости не испытывала. Часто, вспоминая те годы, мои родные рассказывали быль - легенду про нашего пса Джека, который в каком-то дворе стащил мясную кость (еще теплую – видно, прямо из кастрюли). Но не съел, а принес и положил на ступеньки крыльца перед бабушкой. С тех пор всем последующим нашим собакам, схожей с Джеком породы,  давали его имя.
Конечно, все переживали эти времена по-разному. Мама рассказывала, что врач в поликлинике с удивлением и возмущением рассказывал ей, что предыдущая пациентка, жена работника ЦК,  пришла на прием с целью получить консультацию по вопросам диеты. И это  - в голодные военные годы!

*   *   *
Несмотря на войну, в 1942 году в Ашхабаде проходил пленум Союза писателей. Среди выступивших на нем был писатель Ю. Олеша, который попал в Ашхабад с Киевской киностудией, эвакуированной в эти края. Я читала отрывки из этой речи. Может быть, слишком красиво он говорил, но, наверное, такой настрой нужно было передавать людям  в этот очень суровый год войны: « …каждый туркмен  - юноша или старик из аула с его чуть оттянутым лицом - похож на человека, который выслушивает чьи-то слова, после которых произносит клятву. Так я вижу лицо туркмена. И когда я спрашиваю, почему у них такие лица, я отвечаю себе, что они принадлежат народу, который, борясь с завоевателями, вероятно, не раз произносил клятву верности или мести. <> Что схватывает моя душа, когда я приглядываюсь к Туркмении? Способность к подвигу! <> Уже в первые дни войны блеснули первые лучи этого подвига. Туркменские женщины принесли в фонд обороны свои драгоценности. Надо понять, что это значит. Украшения туркменских женщин - это нечто имеющее отношение к самой жизни и судьбе женщин. Эту свою красоту женщины отдали фронту. Они шли из аулов, пересекая пески с руками, полными серебра и золота. Так начался подвиг туркменского народа, совершаемый им в честь победы над немцами. И если в начале этого подвига светится груда драгоценностей - золотые подарки женщин, - то расцвел этот подвиг на полях далекой братской России, где мужья, сыновья, братья этих женщин сражаются за советскую Родину».  Ну, насчет «шли из аулов, пересекая пески» - это, конечно, «красивость речи». Отец рассказывал, что в далеких аулах в песках вообще не знали, что идет война.
Туркменские украшения массивны, металла в них много. В туркменской народной песне поется: «Когда гуси поднимаются в небо, то весь воздух заполняется их голосами, когда девушки идут за водой, то весь воздух заполняется звоном их украшений». Для украшений использовалось чаще всего серебро (иранское) со вставками из натуральных камней: сердолика, бирюзы. Золото практически не используется. Месторождения серебра в Туркмении нет, так что такое его распространение  - дань традиции, которую объясняют антимикробными свойствами этого металла. Недостаток воды в этих краях заставлял пить любую, даже  стоялую воду. Вот и бросали в сосуд с такой водой серебряные кольца и браслеты, таким образом ее обеззараживая.
В прошлые времена наряд невесты был сплошь усеян серебрянными монетками царской чеканки. А еще браслеты – от запястья до локтя, кольца на каждом пальце. По большим праздникам женщина из богатой семьи надевала на себя по шесть-восемь килограммов украшений. Подвенечное убранство могло весить и более 16-ти килограмм. Я читала, что иногда свадебные «доспехи» были столь тяжелы, что новобрачную поднимали при помощи веревки, переброшенной через дымовое отверстие наверху кибитки.
Женские украшения, действительно, собирались во время войны специальными уполномоченными. Из журнала «Туркменистан» №4 за 2010 год:  «Всего за четыре года было сдано 7392 килограмма золота и серебра, что составило около 80 процентов драгоценных металлов, собранных тогда по всему Союзу. Эти средства составили важную часть собранных средств, на которые создавалась военная техника. Украшения туркменских женщин оказались «переплавлены» на 5 танковых колонн и 7 эскадрилий боевых самолетов». Я, приезжая в Ашхабад в отпуск, так и не могла решиться купить браслет – для меня это была очень дорогая вещь.

*   *   *
Конечно, в Ашхабаде по сравнению, например, с Ташкентом, эвакуированных и беженцев было меньше.  Но и здесь нашли временное пристанище некоторые известные уже тогда или впоследствии люди.  Например, был эвакуирован в Ашхабад поэт Давид Самойлов. Здесь он некоторое время учился в Педагогическом институте (на вечернем отделении).
Надо отметить, что Туркменский педагогический институт им. В. И. Ленина обладал сильными кадрами. Так кафедру общей истории возглавлял профессор историк-востоковед, археолог, литературный критик, член Союза писателей И. Н. Бороздин, который оказался в Ашхабаде после окончания срока высылки на Дальний Восток. В 1948 году в результате землетрясения здание пединститута было разрушено. Но Бороздин отказался уезжать из Ашхабада, считая, что только  возобновление занятий поможет студентам пережить постигшую город трагедию. В Ашхабаде были опубликованы некоторые труды профессора, например, «К изучению сельджукизма в Туркмении (1945 год), «К изучению древней истории Туркмении» (1946 год). Впоследствии Илья Николаевич работал в Воронежском университете, где после его смерти ежегодно проводятся научные Бороздинские чтения.  А Туркменский педагогический институт с его высоко профессиональными кадрами стал основой создания Государственного университета в Ашхабаде.
Самойлов же вскоре поступил в военно-пехотное училище, по окончании которого  его направили на Волховский фронт под Тихвин.

Сороковые, роковые,
Свинцовые, пороховые...
Война гуляет по России,
А мы такие молодые!

Это последние  четыре строчки стихотворения Д. Самойлова «Сороковые», которое  вошло в число лучших стихотворений ХХ-го  века о войне, знакомы многим.  А вот это стихотворение  -  мало известно, привожу его полностью:

Если вычеркнуть войну,
Что останется - не густо.
Небогатое искусство
Бередить свою вину.
Что еще? Самообман,
Позже ставший формой страха.
Мудрость - что своя рубаха
Ближе к телу. И туман...
Нет, не вычеркнуть войну.
Ведь она для поколенья –
Что-то вроде искупленья
За себя и за страну.
Простота ее начал,
Быт жестокий и спартанский,
Словно доблестью гражданской,
Нас невольно отмечал.
Если спросят нас гонцы
Как вы жили, чем вы жили?
Мы помалкиваем или
Кажем шрамы и рубцы.
Словно может нас спасти
От упреков и досады
Правота одной десятой,
Низость прочих девяти.
Ведь из наших сорока
Было лишь четыре года,
Где прекрасная свобода
Нам, как смерть, была близка.

Как говорится, без комментариев…
По иронии судьбы, Самойлов, фронтовик, умер в армейский праздник 23 февраля 1990 года.
Надо сказать, что, несмотря на трудности военного времени, об Ашхабаде, как о городе, у большинства эвакуированных остались теплые воспоминания.  В Интернете много строк, подобных этим: «… то, что мы увидели в Ашхабаде, нас поразило. Добрые люди проявляли к нам милосердие, угощая нас дарами туркменской земли. Так, в поисках лучшей доли мы оказались в гостеприимном Туркменистане, к которому накрепко прикипели как к своей малой Родине».
Но вряд ли это относится к композитору Оскару Строку, который был эвакуирован в Ашхабад принудительно, после исключения его из фронтовых концертных бригад (соответствующие органы «вспомнили» о его европейских гастролях: основной период творчества Строка был связан с Ригой). Будучи уже довольно известным композитором, Строк очутился в Ашхабаде на положении бомжа. «Но провидение не оставило Оскара Строка без поддержки - на гастроли в Ашхабад в 1944 году приехали Клавдия Шульженко и Владимир Коралли с руководимым ими оркестром. Им стало известно, что в городе, в ужасающей хибарной нищете, проживает автор «Черных глаз»". И когда они после длительных поисков его отыскали, то были ещё более поражены - перед ними предстал изможденный, сгорбленный и совершенно оголодавший человек в изорванной одежде. Они оба не сразу признали в нём автора всемирно известных произведений. Клавдии Шульженко и Владимиру Коралли довелось проявить чудеса изобретательности при использовании своего немалого авторитета, чтобы ввести Строка в состав своего коллектива. Можно отметить, что в память об этом событии и в благодарность за участие в его судьбе, Оскар Строк написал специально для Клавдии Шульженко одно из лучших своих танго «Былое увлечение», украсившее репертуар прославленной уже к этому времени певицы» (В. Полонский).
* Была неприятно поражена тем, как безответственно подходят к фактам даже такие уважаемые телевизионные ведущие, как Бзлза.  Рассказывая с экрана о жизни Строка в передаче, специально посвященной Строку, он заменил эвакуацию в Ашхабад на эвакуацию в …Алма-Ату.
Должны были приехать из Ташкента А. Райкин и Е. Самойлов.  В Ашхабаде Киевской киностудией был запущен в производство фильм «Адам Мицкевич». Уже шились костюмы и готовились декорации. Но вся творческая группа и  артисты  на главные роли - Райкин (должен был играть Пушкина) и Самойлов (Адам Мицкевич) -  решили, что фильм не ко времени. Тогда возникла идея «Боевых киносборников». «Боевые киносборники» - это постановочное кино патриотической тематики с участием профессиональных актеров.  Делали их имеющие имя  режиссеры, снимались известные актеры. В сборниках было много песен Никиты Богословского на слова Бориса Ласкина. Эти песни мгновенно подхватывались и распевались, в том числе и на улицах Ашхабада. Первый киносборник вышел уже в августе 1941 года.  Достойна внимания песня из "Боевого киносборника №9. Сценарий к последней, третьей, новелле киносборника написал Юрий Олеша, а снял эту новеллу в Ашхабаде силами киевских актеров Марк Донской. «Рыбацкую песню» композитора Юлия Мейтуса поет молодой семнадцатилетний актер Борис Рунге. Мы все его помним в роли пана Профессора в "Кабачке 13 стульев".
Местное радио передает военные сводки. Часто выступает Ю. Олеша. «Там, в Ашхабаде, работал как писатель и как агитатор, выступая на радио около пятидесяти раз»,—пишет он в своей автобиографии. По примеру московских Окон ТАСС были организованы Окна ТуркменТАГа. И одним из самых активных художников-плакатистов была Евгения Адамова – художница и график. Ее картины посвящены жизни туркменского народа;  за картину «Туркменские женщины – Родине», на которой изображены туркменки, приносящие в дар свои украшения, она получила Госпремию Туркменской ССР.
* * *
«Вскоре тыловой Ашхабад стал походить на прифронтовой город. <> На ночных улицах появились патрули, на окнах домов — плотные шторы светомаскировки» (Р. Эесенов).  Казалось бы – глухой тыл. Какая светомаскировка?!  На самом деле война проходила совсем рядом с  Ашхабадом, только это было известно немногим  - и тогда, и сейчас.  Рядом – это территория Ирана.  Здесь постоянно переплетались интересы России, Англии, Германии.  Из всего Ближнего Востока в Иране находились самые большие  разведанные запасы нефти, только здесь производился авиационный бензин. В 1939 году правительство Ирана объявило о своем нейтралитете, а еще раньше в 1921 году был подписан советско-иранский договор,  где оговаривалось, что Советы имеют право ввести свои войска на территорию Ирана в случае угрозы своим южным рубежам. Теперь, после нападения Германии на СССР, Иран должен был либо строго придерживаться нейтралитета, либо встать на  сторону одного из враждующих лагерей.  Англичане, привязанные к ближневосточной нефти, уже в мае 1941 года ввели свои войска в Ирак и Сирию. А 22 июня 1941 года английский посол в России разговаривал  с Молотовым на тему о возможности введения частей РККА в Иран. Формальным основанием для ввода  войск была чрезмерная концентрация немецкой агентуры, в том числе и диверсантов, на территории Ирана, что было недопустимо согласно советско-иранскому договору.  25 августа 1941 года премьер-министр Ирана получил от руководства СССР и правительства Англии ноты, в которых говорилось, что в планах германских спецслужб затеять на территории Ирана беспорядки, и поскольку местная власть сама этому не препятствует, союзники вынуждены принять превентивные меры.
Военная операция (кодовое название «Сочувствие») началась в ту же ночь. Маневренные отряды  советских пограничников пересекли границу, перерезали линии связи, ввели контроль над дорогами и прочими коммуникациями иранцев. Выброшенные воздушные десанты захватили мосты, перевалы, железнодорожные переезды.  Войска 44-й и 47-й армий (Закавказский военный округ) вступили на территорию Иранского Азербайджана. Из Средней Азии в Иран 27 августа 1941 года двинулась 53-я отдельная армия. Из  директивы Ставки ВГК № 001196 от 23.08.1941 года (подчеркивания в тексте мои):
«…приказываю:
Создать 53-ю Отдельную Среднеазиатскую армию за счет штаба Среднеазиатского военного округа. Командующим армией назначаю генерал-майора Трофименко Сергея Георгиевича. Членом Военного совета армии - бригадного комиссара Ефимова Павла Ивановича. Начальником штаба армии - генерал-майора Казакова Михаила Ильича.
Штаб армии с 25 августа 1941 года - Ашхабад.
<>  Задача 53-й Отдельной Среднеазиатской армии:
До 27.08.1941 г. частями прикрытия (83 гсд, 44 кд, погран. части) обеспечить границу с Ираном, не допуская прорыва противника на нашу территорию. Особое внимание уделить направлениям: Кизыл-Атрек, Кизыл-Арват; Гаудан, Ашхабад; Мешхед, Серахс и району Кюренкала, Душак.
По окончании сосредоточения основных сил армии с утра 27.08.1941 г. перейти границу Ирана и к 1.09.1941 г. занять Горган, Бендер-Гязь, Шахруд, Новый Кучан, Мешхед, Себзевар. В дальнейшем быть готовым к наступлению на Тегеран. В случае вооруженного сопротивления со стороны иранских войск уничтожить войска и материальную часть противника, не допуская отхода их на Тегеран.
<>  Задачи ВВС:
а) с рассветом 27.08.1941 г. уничтожить авиацию иранцев на аэродромах Горган, Новый Кучан, Мешхед и в других дополнительно установленных разведкой пунктах;
б) вести разведку аэродромов и войск противника;
в) прикрыть с воздуха сосредоточение и действия своих войск, не перелетая границы до утра 27.08.1941 г.;
г) в случае оказания вооруженного сопротивления со стороны иранских войск, взаимодействуя с наземными войсками, уничтожать живую силу, и материальную часть противника на поле боя и на подходе;
д) не допустить налета авиации противника на Ашхабад и Теджен.
Верховный Главнокомандующий СТАЛИН
Начальник Генерального штаба ШАПОШНИКОВ

Советские части входили в Иран с боями, вступая в столкновения с регулярными частями иранской армии.  Британские войска вошли на территорию Ирана также 25 августа. Боеспособность иранских войск оказалась крайне низкой, началось поголовная сдача в плен. Несмотря на призывы иранского шаха сопротивляться, стянутые к Тегерану  оставшиеся морально неразложившимися иранские войска  уже не смогли себя проявить, поскольку в Тегеране произошла смена кабинета министров, и новый премьер первым делом отдал приказ о прекращении сопротивления. Этот приказ был одобрен меджлисом (верхняя палата парламента).  29 августа  иранские военные силы  капитулировали перед англичанами, а 30 августа  - перед Советами. 15 сентября  союзники вошли в Тегеран. 16 сентября произошло отречение иранского шаха (того самого Реза Пехлеви, о котором я писала в связи с событиями в Гиляне) в пользу своего старшего сына  - молодого и неопытного хана Мухаммеда Реза Пехлеви.
53-я Отдельная Среднеазиатская армия, двинувшаяся в те дни в Иран из Туркмении, была создана специально для этой военной операции и в ноябре 1941 года была расформирована. События тех дней, относящиеся к начальному периоду войны,  до сих пор являются одними из «белых пятен» этого времени. Цифры советских потерь в результате этих боев неизвестны до сих пор.
Писатель-историк Л. Млечин пишет о дальнейшем развитии событий тех дней: «20 января 1942 года правительство Ирана вынуждено было подписать договор о союзе с СССР и Великобританией. 9 сентября 1943 года Ирану пришлось объявить войну Германии, несмотря на традиционно близкие отношения между Тегераном и Берлином. В результате симпатии немалого числа иранцев оказались на стороне Германии. Потому что ввод советских и британских войск унизил иранцев, особенно иранское офицерство».
Впоследствии Иран объявил о своем нейтралитете и никем не рассматривался как суверенное равноправное государство. Как считает военный историк Ю. Голуб, Сталин опасался установления Великобританией полного контроля над Ираном и потому не выводил войска из Ирана в течение всей войны. Даже в самые напряженные моменты на советско-германском фронте Сталин отклонял предложения Черчилля подменить советский контингент английскими войсками.
* * *
А Ашхабад, расположенный в 30 км от границы с Ираном, стал одним из пунктов организованной в самом начале войны по договоренности с Ираном линии правительственной ВЧ-связи:  Ашхабад – Кызыл-Арват – Астара –Баку. Эту проложенную по берегу Каспийского моря воздушную линию связи предполагалось использовать как обходную для связи с Закавказьем, поскольку немцы прорывались к Кавказу и могли перерезать линии, идущие на Баку, Закавказский фронт, Грузию, Армению.
Но эта обходная  линия вскоре была использована в связи с другим событием, а именно – с проведением Тегеранской конференции. Учитывая роль этой конференции,  организацию и использование линии Ашхабад – Кызыл-Арват – Астара – Баку  относят к наиболее значительным действиям в создании Правительственной ВЧ-связи. Конференция руководителей трех великих держав, проходившая в Тегеране 28 ноября 1943 года, была первым, как сейчас называют, «саммитом» союзников по антигитлеровской коалиции,  и в ее подготовке и проведении предстояло решить большое количество различных вопросов, в том числе – организацию связи. Когда встал вопрос о выборе места проведения конференции, аргументы Сталина в пользу столицы Ирана – Тегерана были признаны убедительными: «Все мои коллеги считают, что эти операции (наступательные операции против германской армии – мое примечание) требуют повседневного руководства Главной ставки и моей лично связи с командованием. В Тегеране эти условия могут быть обеспечены наличием проволочной телеграфной и телефонной связи с Москвой, чего нельзя сказать о других местах». Однако при организации Правительственной связи на Тегеранской конференции встретились большие трудности. Задача осложнялась тем, что Сталину, как Верховному Главнокомандующему, связь нужна была не только с Москвой, но и со всеми фронтами и армиями. Для осуществления этого нужно было найти выход из Тегерана на вышеупомянутую обходную линию, т. е.  на Ашхабад. «Имевшиеся в этом направлении иранские линии связи находились в отвратительном состоянии: шли по рисовым полям и были недоступны для обслуживания. Столбы покосились, изоляторы на многих столбах отсутствовали, провода висели на крючьях или были просто прибиты к столбам. Более или менее сохранилась так называемая индоевропейская линия связи, идущая через Иран. Ее и решили использовать. В свое время она была построена англичанами на металлических столбах для связи Лондона с Индией. Линия по прямому назначению не использовалась и находилась в ведении иранских связистов. <> Было принято решение разместить советскую делегацию в здании посольства СССР, там же намечалось расположить ВЧ станцию. В посольство была заведена указанная линия связи. В пунктах Сари и Астара сделали переприемы на нашей линии. Теперь из Тегерана имелось два выхода на Баку через Астару и на Ашхабад -Ташкент через Кызыл-Арват (Туркмения). Таким образом, хотя и с большими трудностями, удалось обеспечить устойчивую ВЧ связь на все время работы Тегеранской конференции» (журнал "Электросвязь" №3, 1995 г.).  
*   *   *
Возвращаюсь к Ирану: жесткая линия Соединенных Штатов заставила Сталина вывести войска из Ирана, но произошло это только в 1946 году. Отношения с Ираном восстановились спустя десять лет, когда летом 1956 года шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви с шахиней Сорейей приехал в Москву.
В 2010 году президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад  постановил создать специальную комиссию для определения урона, нанесенного стране войсками союзников в 1941 году: «Вы нанесли огромный урон иранцам, возложив на их плечи тяжелую ношу, и стали победителями во Второй мировой войне. Вы даже ничем не поделились после войны». Советским ВВС предъявлено обвинение в бомбардировках не только военных объектов, но и городов. Историки  же считают, что применение нашей авиации свелось к разбрасыванию листовок, разведывательным полетам и поиску сбившихся с пути наземных частей.
Редактировалось: 1 раз (Последний: 19 марта 2013 в 15:05)
ГрамотаМедаль
Сообщений: 1495
До чего интересно читать. Спасибо Вам большое.
Maslovez:
того самого Реза Пехлеви, о котором я писала в связи с событиями в Гиляне

Я не нашел этот материал. Какая тема?
Сообщений: 36
Dima:

До чего интересно читать. Спасибо Вам большое.
Maslovez:
того самого Реза Пехлеви, о котором я писала в связи с событиями в Гиляне

Я не нашел этот материал. Какая тема?

Спасибо за интерес к моим материалам. О событиях в Гиляне  - тема "Советская Социалистическая республика в Иране", в разделе "Туркменистан: связь времен"
Сообщений: 12
Журнал КАМЕРТОН (Москва)
№ 19 - Май 2011  Публицистика
ГОДЫ ВОЙНЫ. НЕЗАБЫВАЕМОЕ (ОТРЫВОК ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ)

Евгения ЕРШОВА (Туркменистан) - 17 мая 2011 A+ | A-
Евгения Николаевна Ершова родилась в Ташкенте в 1924 году в семье москвича Н.Е.Ершова и жительницы Средней Азии О.К.Мединской. С 1925 года, когда её отца после национально-государственного размежевания направили на работу в Туркмению, по настоящее время живёт в Ашхабаде. На заслуженном отдыхе. Около шести десятилетий отдала педагогической и научной деятельности на факультете русской филологии Туркменского государственного университета имени Махтумкули. Е.Н.Ершова – доктор педагогических наук, профессор, автор ряда учебников по русскому языку для вузов и школ.



Указом Президента РФ от 4 ноября 2010 г. N 1302 «за большой вклад в развитие культурных связей с Российской Федерацией, сохранение и популяризацию русского языка и русской культуры за рубежом, в сближение и взаимообогащение культур наций и народностей» Е.Н.Ершова награждена Медалью Пушкина.



* * *



Прошло всего два дня после школьного выпускного вечера. Воскресенье, 22 июня. Был на редкость, даже для Ашхабада, очень жаркий день, наверное, градусов 40. Мы, выпускники 10-А класса школы № 1, собирались встретиться на дне рождения одного из наших, теперь уже бывших учеников, Владимира Степанова, но отпраздновать его день рождения нам не пришлось. Огромная страна во всех её уголках услышала страшное известие – ВОЙНА!



Наши мальчики пошли в военкомат записываться добровольцами.



Отца, который был военным юристом, в армию не призвали. К началу войны ему исполнилось 52 года. Но главное – в тылу тоже нужны были люди, проходившие неоднократно военную переподготовку.



С каждым днём в ходе войны Туркменистан приобретал всё более важное не только экономическое, но и стратегическое значение.
http://webkamerton.ru/2011/05/gody-vojny-nezabyvaemoe-otryvok-iz-vospominanij
Николай Головкин
Сообщений: 12
Журнал КАМЕРТОН (Москва)
ОТ АШХАБАДА ДО БЕРЛИНА
Зинаида КЕРБАБАЕВА (Туркменистан) - 21 июня 2013


***
·

Я самая старшая из ныне живущих в роду Кербабаевых – из него вышел основоположник туркменской советской литературы Берды Мурадович Кербабаев, со старшим сыном которого Баки Бердыевичем связала меня судьба. Я самая старшая из ныне живущих и по семейной линии моих родителей.

Не зная своего будущего и что жизнь моя будет связана с его семьей, мне до замужества довелось видеть Берды Мурадовича Кербабаева дважды. Первый раз во время зимних студенческих каникул, когда я приехала к родителям в Мары.

Моя школьная подруга Тамара Аванесова училась в Марыйском педагогическом институте. Как-то она прибежала ко мне домой и пригласила на встречу с писателями. К ним в институт приехала писательская бригада, возглавляемая председателем Союза писателей Туркменистана Берды Кербабаевым. Вместе с ним нас посетили известные поэты из Москвы – Константин Симонов и Евгений Долматовский.

Вечер проходил интересно, студенты были взволнованны – в какие это времена в областной город Туркмении приедут ещё такие именитые гости?!

Симонов и Долматовский читали много стихов. Все, конечно, просили прочитать легендарное «Жди меня». И Симонов удовлетворил желание молодежи. Студенты бурно аплодировали стоя, благодарили за прекрасную встречу.

В конце выступления Берды Мурадович открыл маленький секрет: мол, скоро мы «встретимся» с Симоновым уже не как с поэтом, а как с прозаиком. Он рассказал, что Константин Михайлович пишет роман о войне.

Второй раз я встретила Берды Мурадовича на берегу Куртлинского озера под Ашхабадом. Озеро, словно мираж, привольно растеклось на многие километры среди песков. Чудо да и только! Но не мираж, а воля и дело человеческие.

Пески там холмистые. Ранней весной здесь росли светло-голубые ирисы и маки. Нас было несколько человек. Я с подругами приехала после работы купаться. Купались мы на левой стороне озера – там, где его, словно мать грудью ребёнка, питала рукотворная Кара-Кум-река. Недалеко от нашего пляжа был небольшой холм. Вдруг кто-то воскликнул:

– Смотрите, да это же Берды Кербабаев! Вон там, на холме стоит…

Конечно, мы все повернулись к холму, на котором стоял наш знаменитый писатель. Взор его был устремлён вдаль, где плескалась Аму-Дарьинская вода. Его поэма «Аму-Дарья», роман «Капля воды – крупица золота» посвещены осуществлению многовековой мечты туркмен, в том числе и древнего рода Кербабаевых: увидеть воды Аму-Дарьи на просторной, но обезвоженной земле, которую так любил и воспевал в своих произведениях классик туркменской литературы!

Что таил его задумчивый взор?! Не сокровенную ли беседу с самим собой! Тому, каким я увидела тогда Берды Кербабаева, очень созвучны его строки из поэмы «Весна на земле Туркменской» (1961):

·

Ещё горело солнце вполнакала,

И не сходил термометр с ума,

Я вдаль глядел с высокого холма

Над жёлтою стремниною канала.

·

На стыке новых и минувших дней,

Добры, вольнолюбивы, не угрюмы,

К покою неприученные думы

Пришпоривали преданных коней.

·

А небо было цвета бирюзы

И падало к земле по воле взора,

Сливался звук летящей стрекозы

И авиационного мотора.

·

И с прозвищем давно минувших лет

Поодаль Волчья впадина лежала,

Впечатан был в неё не волчий след,

А рубчатый, двойной от самосвала.

·

Я был с самим собой наедине,

К свободным мыслям сердце приобщалось.

И слышалось и чувствовалось мне,

Как колесо истории вращалось <...>

·

(Перевод с туркменского Я. Козловского)

·

Да, время – неумолимо. Мне уже почти 80… Дети, внуки и правнуки давно уже просят меня написать воспоминания. Долго не могла решиться. Но, думаю, то, о чём вспомнила, будет интересно не только родным и близким.

Память, как и капля воды, – крупица золота. Её нужно передать следующим поколениям как самое главное богатство, которое успевает скопить во время своей мимолётной земной жизни человек. Память – духовное завещание потомкам. Память – золотая нить, которая связывает жизнь земную и жизнь вечную.

В предлагаемом вниманию читателей отрывке из будущей книги – речь идёт о фронтовых страницах биографии моего покойного супруга Баки Бердыевича Кербабаева, кандидата биологических наук, директора Центрального Ботанического сада Академии наук Туркменистана...

http://webkamerton.ru/2013/06/ot-ashxabada-do-berlina
Николай Головкин
В начало страницы 
|
Перейти на форум:
Быстрый ответ
Чтобы писать на форуме, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.

← Назад