Ударной школе искусств Востока - 100 лет

Ударной школе искусств Востока - 100 лет

Столетие Ударной школы искусств Востока (УШИВ), которое исполняется в этом году, Музей изобразительных искусств Туркменистана отметил выставкой документальных и живописных работ ее студийцев. Ударная школа просуществовала недолго, всего шесть лет (1920-1926 гг.), однако в последнее время искусствоведы всё чаще обращаются к ней, отыскивая новые объяснения столь яркому,  хотя и краткосрочному её существованию. И тем не менее, ни у кого не вызывает сомнения, что именно с УШИВа берет официальное начало живописное искусство в Туркменистане.

Во главе УШИВа стояли два энтузиаста Александр Владычук и Илья (Рувим) Мазель, по воле судеб оказавшиеся в то непростое время в Туркменистане. Оба они были сугубо мирными людьми, обучающимися живописи, но с началом Первой мировой войны были вынуждены надеть военную форму. Так они оказались в 1-й Армии Туркестанского фронта.

Офицеры Владычук и Мазель имели европейское художественное образование, которое в тот период тяготело к новым веяниям в искусстве. Поэтому авангардизм в процессе учебы поощрялся, и именно это стало впоследствии основной причиной закрытия школы.

УШИВ просуществовала недолго, но ей удалось сделать главное – заложить основы туркменского изобразительного искусства и сформировать первое поколение туркменских художников. Говорить об УШИВ и не рассказать о судьбе трех самых талантливых студийцев, значит, не сказать ничего. В нашей газете мы знакомили читателей с творческой и личной жизнью Ольги Мизгирёвой, Сергея Беглярова и Бяшима Нурали. Отмечая 100-летие УШИВа, уместно вспомнить о них еще раз.

Девушка-подросток Ольга Мизгирёва с хорошими задатками к рисованию, узнает об открытии школы искусств в Ашхабаде и, не раздумывая ни минуты, переезжает в столицу из пос. Каракала (ныне Махтумкули), где она жила с родителями.

В УШИВе её восхищает всё: доброжелательная атмосфера среди студийцев, профессионализм преподавателей и, особенно, директор. Александр Владычук, действительно, был личностью во всех отношениях неординарной. Он – талантливый художник, спортсмен, изобретатель и кинорежиссер. На открывшейся в 1930 году киностудии «Туркменфильм» он снял первый документальный фильм «Реутовка», затем первый художественный фильм «Белое золото» и первый научно-популярный фильм «Водные богатства Туркмении». В 1935 году на изобретенных им рулепедах (аналог велосипеда) группа энтузиастов совершила велопробег от Ашхабада до Москвы. Но это будет позже, а пока юная ученица из Каракала безоглядно влюбилась и стала позже женой Александра Владычука.

Илья Мазель был уроженцем Витебска – родины таких мировых звезд авангарда, как Казимир Малевич и Марк Шагал. К тому же, трое этих художников были не только земляками, но и относились к людям одного поколения. И, тем не менее, разделяя взгляды авангарда, Мазель работал в разных жанрах, в том числе и орнаменталистике.

Искусство Ольги Фоминичны далеко от социалистического реализма, оно скорее декоративно, но написано с таким жизнелюбием и хорошим настроением, что непосвященный зритель воспринимает их автора как свою современницу. Красота женщин Востока, их изысканность и мягкость отражены в картинах Ольги Мизгиревой «Зной», «Четыре жены», «Туркменские девочки», «Творчество ковроделия», которые вместе с двумя керамическими сосудами, расписанными в национальном стиле, составляют постоянную экспозицию работ художницы в Музее ИЗО. И то, что картины художницы датируются 1926-1927 годами, многих зрителей вводит в некоторое замешательство. А если принять во внимание дату ее рождения – 1908 год, то есть, на момент создания этих картин Мизгирёвой было всего 18-19 лет, интерес к художнице и её работам возрастает многократно.

Отчего произошел загадочный поворот от красок к семенам, Ольга Фоминична ни с кем не делилась. Скорее всего, причиной был разрыв отношений с Владычуком. Она поставила жирную точку не только на нём, но и на живописи и переехала в Каракала. Началась новая жизнь, полная открытий, самоотдачи, жизнь в ее духе. Катастрофически не хватало знаний для захватывающей работы селекционера – Ольга Фоминична заочно заканчивает агрономический факультет сельхозинститута в Ашхабаде.

С 1944 года она возглавила опытную станцию и в течение 37 лет являлась ее директором. За свой вклад в селекцию Туркменистана ей вручены пять золотых и две серебряных медали от ВДНХ СССР, два ордена Трудового Красного Знамени, два ордена «Знак почета», присвоено звание «Заслуженный агроном Туркменистана». Но, пожалуй, самое значительное ее достижение – мандрагора. Ей удалось обнаружить это легендарное растение в предгорьях Копетдага. И с тех пор в Реестрах Всемирного растениеводства появился новый вид этого овеянного славой растения – Mandragora turkmenica.

***

Благодаря Ударной школе искусств Востока получил широкую известность художник армянской национальности Сергей Бегляров. Можно только представить ту бурю эмоций, которую испытал юноша, узнав об открытии в Ашхабаде УШИВа и наборе всех желающих обучаться азам живописи и других видов изобразительного искусства. Это было как раз то, чего ему позарез не хватало в жизни, ведь стать художником он мечтал чуть ли не с рождения. Дело в том, что в 1919 году Сергей Бегляров брал уроки рисования в частной студии в Баку, но через год он с родителями переехал в Ашхабад, и на образовании был поставлен крест. Наверняка, худощавый высокий парнишка в круглых очках со священным трепетом в душе переступал порог Ударной школы, и, скорее всего, очень удивился, почувствовав радушную и непринужденную атмосферу, царившую в большом красивом здании, куда стекалась молодежь с различной степенью художественной одаренности.

В принципе Сергею Никитовичу можно было не учиться, он был от рождения художником, со свойственным ему почерком и вкусом. Это сразу же понял Илья Мазель и поручил ему преподавание черчения и рисунка. Так что, Бегляров пришел в УШИВ учиться, а стал преподавателем. Он становится правой рукой Ильи Мазеля в росписи стен солдатских казарм и помещений обкомов партии.

В запасниках Музея изобразительных искусств Туркменистана хранится около 100 живописных картин, эскизов и незаконченных творений Сергея Беглярова. В последние годы некоторые искусствоведы рассматривают творчество Сергея Никитовича Беглярова как туркестанский авангард – художественное течение, возникшее в Средней Азии в 1920-1930 годах. В какой-то степени на такое мнение подействовал тот факт, что первые шаги в своем творческом развитии Сергей Никитович сделал в Ударной школе искусств Востока (УШИВ).

Первые картины Сергея Беглярова, действительно, слегка «грешат» элементами современного искусства. Пожалуй, в этой работе сказалось влияние окружающей среды УШИВа. Однако Сергей Бегляров был реалист в душе, и воспринимал мир таким, какой он есть, без какого-то там особого видения.

Одна из работ того времени – «Портрет жены», в которой Сергей Никитович изобразил Елизавету Скоблину – выпускницу УШИВа. На выставке экспонируются несколько её графических работ. Возможно, Сергей Никитович переживал, что модный авангардист из него не получается, но он пришел в УШИВ уже сложившимся реалистом, и хорошо, что не стал ломать себя в угоду моде.

Закрытие УШИВа обернулось трагедией практически для всех начинающих художников. Сергей Никитович, долго не раздумывая, едет для учебы в Армению, в Ереванский художественный промышленный техникум, но в его душе продолжает жить Ударная школа искусств Востока, поэтому по окончании техникума, он возвращается в Ашхабад к своим друзьям-художникам.

В 30-е годы с особой силой у Беглярова проявляются организаторские способности. Как и Мазель, Бегляров много сделал для прежних студийцев Ударной школы. Он – один из инициаторов создания Ассоциации художников Туркменистана, куда вошло 20 художников, в основном воспитанников УШИВа. В 1929 году по инициативе Беглярова открыто художественное отделение в Ашхабадском музыкальном техникуме. В 1931 г. изобразительное отделение возглавил Сергей Никитович.

Сергей Бегляров хорошо понимал время, в котором жил. Он сам был частичкой той эпохи, поэтому сразу же откликался на яркие события соотечественников своими произведениями. В 1939 г. Сергей Бегляров удостоен почетного звания «Заслуженный деятель искусств Туркменистана».

Сергею Никитовичу было всего 50 лет, когда он ушел из жизни. А прежде ему пришлось пережить ашхабадское землетрясение, которое разрушило музей, а вместе с ним уничтожило и большую часть картин Сергея Беглярова. Он пережил их лишь на несколько месяцев. Но настоящие художники не умирают, их жизнь – в спорах искусствоведов, в принятии их творчества новыми поколениями художников.

***

Бяшим Нурали — ровесник 20-го века: он родился 4 января 1900 года. В зимнее время ездил на ослике в Ашхабад продавать молоко от единственной в доме коровы. Все случилось как в сказке. Однажды на базаре к нему обратился матрос с выгодным предложением – довезешь молоко до УШИВа, куплю всё. Бяшим Нурали не знал русского языка, но понял, что сказал этот располагающий к себе матрос. И, навьючив бидоны на спину ослика, они отправились к месту с непонятным названием – УШИВ. Им оказалось красивое здание с большими окнами. Войдя вовнутрь, Бяшим Нурали растерялся. На холстах пестрели пейзажи, наподобие тех, которыми он любовался каждую весну, выпасая стада в предгорьях Копетдага, но только не настоящие, а нарисованные красками. Это произвело на Бяшима Нурали такое сильное впечатление, что вскоре он сам стал одним из студийцев Ударной школы искусств Востока.

После закрытия школы для художника из народа начался самый тяжелый период жизни. Бывший преподаватель Илья Мазель устраивает его на рабфак МОНО (Московского отдела народного образования) для подготовительного обучения к поступлению во ВХУТЕМАС. Но плохое знание русского языка было непреодолимым барьером в освоении теоретических дисциплин. К тому же и живопись Бяшима Нурали здесь не находила понимания. Ему ставилось в вину отсутствие легкости и перспективы пространства, несоблюдение пропорций человеческого тела. Другой на его месте бросил бы все, сдался под тяжестью проблем и непонимания, но Бяшим Нурали был не из тех, кто пасовал перед трудностями. Он обижался, доказывал, спорил, но не уступал и стоял на своем.

Действительно, манера живописного письма Бяшима Нурали необычна. В ней ощущается жанр восточной миниатюры, а также народный примитивизм, лубочность и ковровая орнаментальность. По убеждению искусствоведа Павла Попова, такие художники из народа, каким был Бяшим Нурали, есть в каждой стране. В Германии их творчество именовалось «живописью простых сердец», в Швейцарии – «воскресной живописью», в Америке – «примитивной живописью», во Франции – «искусством народных живописцев». К сожалению, Бяшим Нурали не знал этого и не мог аргументированно возражать нападавшим на него оппонентам.

В 1930 году по возвращении в Ашхабад Бяшиму Нурали временно была предложена должность директора киностудии «Туркменфильм». Все новое магнитом притягивало Бяшима Юсуповича. Ставился фильм «Семеро сердец», для которого требовался артист на роль пастуха. «Зачем артист! Кто убедительнее сыграет эту роль, как не сам пастух!» — воскликнул он. И сыграл, став одним из первых артистов туркменского кино.

Через год после приезда в Ашхабад он женился на полюбившейся ему ковровщице Амансолтан. Глядя как Амансолтан ткёт ковер, в мозгу Бяшима Юсуповича вновь проснулся новатор: «А что если вместо обычного орнамента выткать на ковре паровоз или каменные дома, пришедшие на смену кибиткам?». Амансолтан поддержала мужа, и они начали работать вместе над тематическим ковром, открывая своим примером путь другим художникам по ковру.

Бяшим Юсупович любил одеваться с шиком. По всей вероятности, он перенял это от Александра Владычука. В Ашхабадской детской художественной школе имени Бяшима Нурали находится огромный портрет щегольски одетого первого туркменского художника – в галифе и гетрах. Наделенный от природы хитринкой, он и свой облик использовал по выгодному назначению. Было замечено, что отправляясь в Москву, он облачался в национальные одежды — папаху и дон, а возвращался обратно – в белом чесучовом костюме с тросточкой. То есть, в Москве он одевался по-туркменски, а у себя дома – по-европейски.

По-видимому, изобретение Александром Владычуком рулепеда (аналог велосипеда) и рулепробег группы спортсменов по маршруту Ашхабад-Москва произвели на Бяшима Юсуповича неизгладимое впечатление. Ему тоже захотелось создать что-то свое, то, чего раньше не было. И через несколько лет работы он принес в Союз композиторов новый музыкальный инструмент – нечто соединяющее в себе гиджак, дутар и арабское тара. Однако там не поддержали его новшество.

В военные годы Бяшим Юсупович преподавал в детской художественной школе, которая сейчас носит его имя. Рассказывает одна из его бывших учениц Людмила Павловна Улакина: «Сорванцы-мальчишки узнали, что после уроков учитель переодевался в туркменский халат и с мешком изюма отправлялся на базар. Как бы невзначай мальчишки проходили мимо его прилавка, и каждый из них получал от учителя горстку изюма — по военным меркам бесценное лакомство». Этот интересный факт в биографии Бяшима Юсуповича характеризует его с двух сторон: во-первых, несмотря на красивые одежды и тесное общение с художниками, в душе он оставался простым дайханином со свойственной ему предприимчивостью, а, во-вторых, свидетельствовал о большом добром сердце учителя.

В 1947 году Бяшиму Нурали – художнику из народа – присвоено звание Народного художника Туркменистана. Судьба этого человека богата на кардинальные повороты и яркие впечатления: он – то пастух, то художник, то артист, то учитель, то изобретатель. Жажда нового, стремление к неизведанному на протяжении всей жизни сопровождали его. Даже уход из жизни Бяшима Нурали был исключительным несчастным случаем – жизнь этого необычного человека оборвалась в воздухе. В самом центре Каракумов, недалеко от поселка Дарваза, самолет, на котором он возвращался из творческой командировки, потерпел крушение.

Облик Бяшима Нурали настолько интересен, что туркменские художники в своих произведениях часто обращаются к нему, желая разгадать тайну его привлекательности. Одну из самых удачных скульптур Бяшиму Нурали создал Аман Джумаев. Она установлена перед входом в Ашхабадскую детскую художественную школу, которая носит его имя.

***

Имена этих трех художников ассоциируются с именами Александра Владычука и Ильи Мазеля, а также с Ударной школой искусств Востока, которая как звезда недолго светила на небосклоне, но оставила яркий след в искусстве нашей страны. По сути, она явилась прологом к деятельности Государственного художественного училища и Государственной академии художеств Туркменистана.

Тамара ГЛАЗУНОВА

turkmenistan.gov.tm/?id=22264

04:55
437
Нет комментариев. Ваш будет первым!